Ну вот немного как пример стиля автора
"Король сидел на стуле с низкой спинкой, похожем на трон, в маленьком парике перевязанном сзади лентой, и до удивления походил на свои портреты"
"Трудно было поверить, что твердые как камень куски вещества, извлекаемые из бочек с рассолом, ведут свое происхождение от таких достойных, таких приличных животных"
(речь о свиньях)
"В гамаке он не спал с тех пор, как был мичманом, и позвоночник отвык от нужного изгиба".
"У Хорнблауэра было столько места для прогулки, сколько он мог пожелать — пять длинных шагов вперед и пять длинных шагов назад — но всем остальным придется теперь прохаживаться в тесноте"
(шлап маленкий и капитан по чину отвоевал себе целых пять шагов для прогулок)
"Окна были занавешены, и проникавшие сквозь занавески лучи плавно скользили по каюте. Большинство капитанов занавешивали — и обивали — свои каюты веселеньким ситцем, а кто побогаче и штофом, но у Хорнблауэра занавески были из парусины. Они были из самой тонкой парусины, № 8, какую только можно было найти на корабле, и висели всего два дня. Хорнблауэр смотрел на них с удовольствием. Это был подарок ему от кают-компании — Буша, Провса, Уоллеса (врача) и Хьюфнила (баталера).
Несколько дней назад Буш обратился к Хорнблауэру с загадочной просьбой, чтоб ему разрешили зайти в капитанскую каюту в отсутствие капитана. Когда Хорнблауэр вернулся, он обнаружил у себя депутацию, а каюту — преображенной. Здесь были занавески и подушки (набитые паклей), а также покрывало на койку, все в красных и синих розах с зелеными листочками, нарисованных корабельной краской неизвестным художником из матросов. Хорнблауэр в изумлении оглядывался по сторонам, не в силах скрыть удовольствие. Сейчас не время было хмуриться или принимать суровое выражение лица, как сделали бы девять капитанов из десяти, если б их кают-компания позволила себе такую вольность. Хорнблауэр неловко поблагодарил, но самое большое удовольствие испытал лишь потом, когда внимательно и трезво проанализировал ситуацию. Они сделали это не в шутку, не в глупой попытке завоевать его расположение. Хорнблауэр должен был поверить в невероятное, принять как факт, что они сделали это из любви к нему. Удовлетворение мешалось в душе Хорнблауэра с чувством вины, но то, что они на это решились, было странным, но непреложным свидетельством, что «Отчаянный» сплотился в единый боевой организм."
"— Да. Мы возьмем пушки № 3. Это будет в точности, что надо.
— И оставим дыру, сэр? — робко запротестовал Буш.
Дыра, конечно, получится, такая же заметная, как на месте выбитого переднего зуба. Она нарушит ровный ряд орудий, придаст судну неряшливый вид.
— Лучше у меня будет уродливое судно в целости и сохранности, — сказал Хорнблауэр, — чем красивое на мели
у подветренного берега.
— Да, сэр. — Бушу пришлось проглотить это кощунство."
(чтобы уменьшить диффирент на нос надо было перераспределить груз - решили переставить две пушки. Буш расстраивался что так будет некрасиво

, а он же так ровненько расставил пушки! )
"На вальке было выжжено «27», и это заставило Хорнблауэра вглядеться попристальнее. Нижняя палочка у семерки перечеркнута. Ни один англичанин не напишет так цифру 7. А вот на континенте так пишут все — датчане, шведы и норвежцы, русские и прусаки — жители нейтральных или союзных Англии государств. Но французы или немцы, враги Англии, пишут семерку так же."
(из серии "это интересно"

)