IHA писал(а):
как показать ход мыслей человека (не прибегая к закадровому тексту?) не знаю.
Я в отношении книги полагаюсь на мнение читывавших товарищей, но официальное и не встретившее, ну по крайней мере в рунете, протестов объяснение появления Арчи именно в совершенно некиногеничной интровертности Горацио. Ну для примера - самый популярный и изрядно растиражированный в сети пост на сей счет. Уточняю - я естественно с половиной сказанного категорически не согласна.
Цитата:
Нет, все-таки, больше всего расстраивает то, что кинулась копать я довольно поздно. Опять хорошие авторы ушли в реал и убрали из сети все нафиг, а, если архив заблокирован для роботов, даже сетевая «машина времени», увы, не всесильна.
И дискуссии, как же обидно, когда то там, то здесь ты натыкаешься на отголоски былых сетевых сражений, а основного куска уже сколько лет и след простыл. Но все равно даже по тем кусочкам можно понять, что разговоры шли ой какие интересные. Эх, я ради этого даже свой дохлый аккаунт на я-групсах восстановила, но увы - it's all gone, my lord, it's all gone. Приходится жить на информации из вторых рук.
Например, эпическая дискуссия «книга против фильма»: «Почему Бушелюбы так ненавидят Кеннеди» или «Там его не было!!!». Oh teh drama!
Зато нашлись кусочки оригинала из которых и скроили образ Арчи. Сам мичман Кеннеди упоминается разве что на паре страниц, где подает метафорические разводные ключи и фонит на заднем плане, а потом вполне себе бодренько уходит служить на другой корабль, таким образом пропадая из жизни Хорнблауера навсегда.
Эпилепсию, как и момент с уплывающей с телом лодочкой в конце «Дуэли» позаимствовали у некоего матроса по имени Хейлз. Которого Горацио этим веслом по голове несколько приударил и вполне возможно что и приубил, по крайней мере, потом нигде эта отвязавшаяся лодочка не упоминается.
Но был еще один интересный момент, из которого, похоже, и вырос тот пост на ship_manifesto. Когда народу надоело ломать копья и копипастить одни и те же аргументы из группы в группу, кто-то задал вполне закономерный на тот момент вопрос: «Народ, вы когда-нибудь задумывались, а зачем вообще в фильм ввели мичмана Кеннеди?»
И действительно, зачем? И режиссеры, и сценаристы очень гордились тем, что они экранизируют Форрестера настолько близко к тексту, насколько это возможно. Так зачем вводить абсолютно нового персонажа, да еще и такого. несколько необычного.
А ответ лежит у того же Форрестера. Дело в том, что социально неприспособленный, чурающийся общества, гениальный интроверт Горацио может и хороший вариант для книги, но совершенно не подходящий вариант для экранизации. Книге хорошо, там можно совершенно не напрягаясь, внутренним монологом передать и ход мысли, и мотивацию, и логику. Но в кино? Пускать мысли закадровым внутренним голосом - это. дешево, плюс совершенно убило бы приключенческую составляющую.
Кинофильм изначально настроен на диалог - между действием на экране и зрителем, между героями, даже между событиями. И хромой в общении персонаж-интроверт, который еще и главный герой, - это ночной валерианочный кошмар режиссера.
В кино главный герой по умолчанию не может быть человеком-островом, его действия и мотивы должны быть понятны зрителю. И именно для обеспечения этого диалога и появился друг - лейтенант Кеннеди. Полная противоположность: открытый, богатый на эмоции и мимику, ляпающий языком то, что думает, направо и налево. Единственный, кто способен расшевелить сдержанного мистера Хорнблауера.
В «Дуэли» мистер Кеннеди был экспериментом, который на «Дуэли» и должен был закончиться. Но идея приятеля-сайдкика оказалась слишком хороша, чтобы ее просто так оставить. Особенно после «Равных шансов», хоть и практику «раскачать Горацио через очередного социопата-на-серию» тоже взяли на вооружение.
И с помощью сценарного deus ex machina, оно же «вот совершенно случайно они попали именно в ту тюрьму, а Горацио именно в ту самую камеру», мистер Кеннеди возвращается. Очень удачно распрощавшись с уже не несущей сюжетной нагрузки эпилепсией.
И с тех самых пор суть у героя была одна - талмуд на ножках, провоцировать и трактовать через себя действия Горацио. Поэтому большую часть времени мы и слышим «Горацио! Горацио? Горацио.».
Одним своим присутствием он заставляет Хорнблауера взаимодействовать с внешним миром: «Это опасно, Горацио!» - «У меня есть план, Арчи», «Мне страшно, Горацио» - «Держись, Арчи», «Он идиот, который нас всех погубит, Горацио!» - «Заткнись, Арчи». Он задаст вопрос, вставит свое мнение или еще как-то прояснит или прокомментирует ситуацию, которая может быть непонятна зрителю. Плюс, он очеловечивает главного героя: вытащить Горацио на мачту, съязвить про Эдрингтона, откомментировать зад Горацио в новой униформе фразой «И какой вид!» - все эти мелочи делали Хорнблауера живым, и показывали его человечность гораздо больше, чем все слезы по Мариэтте вместе взятые.
Но, увы, именно из-за этого сам Арчи получился как бы разделенным на две части: большая - это вышеописанный «верный друг Арчи», кривое зеркало мира для Горацио Хорнблауэра, а меньшая - это, собственно сам Арчи Кеннеди, персонаж, который мельком появляется то там, то тут, так и не складываясь окончательно в цельный образ.
И, имхо, как персонажу ему дали разыграться только в последних двух фильмах, когда было решено, что пора экранному мистеру Хорнблауеру постепенно превращаться в того самого угрюмого одиночку, знакомого всем по книгам. Ибо это все-таки Форрестер, и пора возвращаться к истокам, особенно теперь, когда в сериях официально появился мистер Буш, официальная правая рука и напарник.
И если моей любимой серией все равно останутся «Лягушатники и лобстеры», в плане развития персонажа «Мятеж» и «Возмездие» - выше всяких похвал. Хотя, временами, и кажется, что сценаристы решили махнуть на все, «умерла так умерла» как говориться, и оторвались на мистере Кеннеди по-полной.
О, началось все еще в «Герцогине», но очень мельком, плюс пара урывков в «Лягушатниках», но ухмылка на палубе и вопль «Ты будешь звать его СЭР!» из «Мятежа» - это любимая образная закладка ever.
Вообще, насколько Арчи полезен, и где-то даже необходим Горацио, настолько сам Горацио для Арчи был местами просто-напросто вреден (опять-таки в домятежных сериях, до того как народ начал вытворять, что душе угодно). Потому что в его присутствии мичман Кеннеди расплывается в нервическую неуверенную в себе квашню там, где буквально до этого вполне держался молодцом.
Ведь часто-густо упор делается на то, как героический Горацио заботится об Арчи, ставит его на ноги, придает ему уверенности и так далее, и тому подобное. И в этом-то суть проблемы - потому что Арчи Кеннеди чувствует себя увереннее всего тогда, когда ему надо о ком-то заботиться, когда ему надо брать на себя ответственность. Хантер, Веллард, сам Горацио - он чувствует себя на коне именно тогда. Т.е. у него все задатки возможного героя - а двух героев, увы, здесь быть не может.
Поэтому и получился он такой, полуцелый. Герой на сорок минут экранного времени, которые в результате растянулись на девять сюжетных лет жизни и прощание, от эмоционального шока которого один из них так до конца и не оправился.
(с) adianna_rey